Авангард вышел из архива
РГАЛИ - последний оплот авангарда: если какие открытия еще и можно сделать, то только в РГАЛИ. Все музеи обследованы, все (или почти все) частные коллекции опубликованы - больше авангарда, чем его есть сейчас, уже быть не может. Два исключения. Первое - фальшаки, но их в расчет брать все же не будем. Второе - РГАЛИ.
Собрание архива огромно - полтора миллиона единиц хранения. Некоторые из фондов (например, знаменитый "чемодан" Николая Харджиева, задержанный на таможне) по настоянию владельцев закрыты на долгие годы и еще ждут молодых и красивых исследователей (-льниц). Другие открыты, но для того, чтобы только просмотреть их содержимое, нужны годы. Скажем, фонд Сергея Эйзенштейна, в котором есть и письма, и черновики, и никогда не публиковавшиеся рисунки разных лет, насчитывает тысячи единиц хранения (учету подлежит каждый листочек, пусть даже с какими-то небрежными каракулями). Хранятся они в старых, потертых папках, иногда проложены кальками, по идее листать их можно только в белых перчатках, но на перчатки у архива, да и у архивистов денег нет. Как правило, исследователь творчества Эйзенштейна останавливается папке на десятой, на остальное не хватает сил или времени.
С недавних пор (точнее, после смены руководства - прежнее относилось к хранимому столь трепетно, что не подпускало даже исследователей) РГАЛИ начал потихоньку открывать и публиковать свои сокровища - в основном давая вещи на чужие выставки. Теперь вот сам сделал выставку.
Выставка, конечно, несколько конъюнктурная: авангард - самый лакомый и пафосный кусок архива (а ведь сколько там всего другого, соцреализма, например!). Больше того, на выставку отобрали только самые репрезентативные вещи - эффектные и в хорошем состоянии, в основном известных художников. Но: параллельно с выставкой РГАЛИ издал большой каталог и CD, а всего уже обработал (и оцифровал) около двух тысяч произведений.
Есть на выставке хрестоматийные вещи - литографские лубки Казимира Малевича времен Первой мировой войны. Они неоднократно публиковались. Впрочем, увидеть их еще раз все равно приятно. А есть и настоящие открытия - театральные эскизы того же Эйзенштейна, альбом Алексея Крученых (с рисунками и автографами Малевича, Бурлюка, Ларионова и проч.), эскизы Лисицкого, Клуциса и Клюна. Вещи, признаться, великолепные.
Выставка рассчитана, конечно, не только на специалистов, которые наверняка с только им одним понятным упоением будут сравнивать эскизы и наброски с окончательными вариантами. Публика тоже порадуется - некоторые из этих черновых, экспериментальных листов выглядят вполне самодостаточными произведениями. А кроме того, публике, строго говоря, совершенно не важно, из какого именно фонда происходят те или иные вещи и каковы их инвентарные номера. Отсутствие их на этикетках - единственный недостаток выставки. Он же - приглашение самому поработать в РГАЛИ.