Избыточная смертность в России за время пандемии коронавируса составила более 1 млн человек, рассказал в интервью «Известиям» профессор кафедры вирусологии биофака МГУ, доктор биологических наук Алексей Аграновский. При этом он призвал не паниковать из-за последних сообщений Роспотребнадзора о роста заболеваемости гриппом на 11% и коронавирусом на 33%. Циркулирующие сейчас штаммы хоть и очень заразны, но в подавляющем большинстве случаев течение болезни легкое. Впрочем, врачи всё равно рекомендует привиться — существующие вакцины, хотя и создавались с учетом «нулевого», «уханьского» штамма, всё еще способны защитить человека и от новых подвидов вируса. В беседе с «Известиями» Алексей Аграновский также рассказал, за счет каких категорий населения развивается пандемия, и объяснил, почему не стоит давать штаммам коронавируса имена чудовищ из греческой мифологии.
«Что еще способно гореть, может загореться»
— Роспотребнадзор распространил сообщение об одновременном росте заболеваемости гриппом (на 11% по сравнению с прошлой неделей) и COVID-19 (на 33%). Это связанные процессы?
— Мы видим совершенно естественные для эпидемии вещи — пики и спады. И я бы, никоим образом не бросая тень на высказывания Роспотребнадзора, сказал, что ничего сверхъестественного сейчас с эпидемией гриппа и коронавируса не происходит. К заявлениям об активизации следует относиться разумно и сдержанно.
При этом грипп не влияет на заболеваемость коронавирусом. Оба вируса сейчас существуют параллельно друг другу. Случаи двойных инфекции, чтобы в одном организме был и тот и другой патоген, крайне редки.
— Тем не менее в России наблюдается рост заболеваемости коронавирусом, тогда как в мире обозначился тренд на ее снижение.
— Обычно картина в стране зависит от поведения людей, от того, как шла вакцинация, как соблюдался карантин. Вирус — как пламя, которое занимает все свободные делянки в лесу, и то, что еще способно гореть, может загореться. И люди, чувствительные к вирусу, при такой высокой заразности, как у актуальных штаммов коронавируса, рано или поздно обязательно заболеют. А контагиозность штаммов коронавируса сейчас сравнима с контагиозностью кори или ветрянки, она высочайшая. И поэтому вирус займет весь предложенный ему объем.
Но, по счастью, эволюция коронавируса в популяции повернула в сторону очень заразных и относительно малопатогенных штаммов. То есть многие могут заболеть, но в легкой форме. Вакцинация может уберечь от тяжелых последствий, и поэтому остается актуальной. Я, например, прививался, потом два раза болел COVID-19, но достаточно легко, и во время болезни спокойно занимался своей работой.
Конечно, невозможно поставить чистый эксперимент и сказать, что я, который привился, перенес болезнь легче, чем я, который бы не привился. Такой эксперимент возможен только в романах фантаста Роберта Шекли.
Однако статистика сейчас говорит, что идет эпидемия непривитых: самых тяжелых случаев болезни и смерти больше среди тех, кто не вакцинирован. Мы видим, что избыточная смертность в России (разница между числом случаев смерти в конкретный период и числом, которое можно было бы ожидать в отсутствие кризиса. — «Известия») за время пандемии составила более 1 млн человек.
Статистика может быть как угодно лукава, но нельзя скрыть избыточную смертность. Так что мы столкнулись с реальной, очень тяжелой проблемой. Вакцина могла бы спасти больше жизней, если бы люди прививались.
— Штамм мутирует. Насколько прививки остаются эффективными?
— Действительно, штаммы, которые сейчас гуляют, очень изменились по сравнению с «нулевым», против которого делали вакцину. Поэтому антительный ответ после вакцинации на штаммы группы «Омикрон» будет довольно хилым. Но, например, у вакцины «Спутник V» есть одно хорошее дополнительное качество — она дает ощутимый Т-клеточный иммунитет (тип иммунного ответа, в котором не участвуют антитела). Значит, она всё равно будет защищать и способна уберечь от тяжелых случаев.
— А как работают вакцины для «нулевого» штамма на актуальных?
— У коронавируса есть «шипы» из белка S внешней мембраны. При естественной инфекции или вакцинации в организме образуются нейтрализующие вирус антитела к S белку. Они остаются какое-то время в нашем кровотоке. Когда наш организм встречается с коронавирусом, эти антитела его выключают — налипают на шипы, и вирус нейтрализуется. У новых вариантов вируса белок шипа сильно изменен, поэтому с ним антитела хуже взаимодействуют или почти не взаимодействуют.
Но Т-клеточный иммунитет всё равно будет способен до существенной степени выключать вирус нового варианта, так как он менее чувствителен к изменениям антигена, белка шипа: Т-клетки, Т-лимфоциты живут в организме долго и обеспечивают надежную защиту от заражения. Поэтому вакцина не бессмысленна.
«Слова и игры»
— В России уже зарегистрированы первые случаи заражения «Кракеном» — подвидом штамма «Омикрон». А в США он выявлен более чем у 40% заболевших. Он способен ускорить подъем заболеваемости и у нас?
— Да, он может расти у нас в популяции, но всё равно ничего сверхъестественного ждать не стоит. Что касается прогнозов потенциальных масштабов его распространения, то я как-то не очень вижу, чтобы сейчас кто-нибудь надежно предсказывал эволюцию эпидемии. Всё происходит весьма неожиданно.
Мне вот совершенно всё равно, как будет называться тот или иной штамм, но я посмотрю его свойства в научной литературе. Понятно, что названия типа «B1.1.2» не интересны и не воспламеняют сознание обывателя. Но и пугать людей всё время всякими чудовищами из греческой мифологии тоже не стоит.
Хотя тут сложный вопрос. Одних это может напугать и стать причиной того, что человек встанет и сделает прививку. А для кого-то это станет причиной в соцсетях обсуждать происки «большой фармы» и призывать, например, не прививаться. Тут уж ничего не попишешь.
— На заседании ВОЗ недавно обсуждалось, не снять ли статус пандемии коронавируса, но пока его оставили, признав, что ситуация остается чрезвычайной. Возможно ли сейчас говорить о начале конца пандемии?
— ВОЗ — организация, весьма склонная к политике. Там работает как много хороших экспертов, так и значительное число функционеров. Поэтому риторика о том, отменять пандемию или нет, — пока только слова и игры. Какой бы статус сейчас ни придали явлению, это ровным счетом ни на что не повлияет. Да и само такое серьезное явление, как пандемия, стало неожиданным для всех, и для ВОЗ в том числе.
Сейчас в мире тенденция к доминированию менее патогенных штаммов, площадку заняли «Омикроны», которые и создают все те колебания заболеваемости, что мы видим. Сказать можно только одно: по счастью, сейчас меньше погибших, меньше тяжелых случаев. А дальше пусть бюрократы решают, как это называть.
Пандемия COVID-19 пока продолжается. И она сопровождается информационной эпидемией, которая порождает неврозы, страхи или полное отрицание опасности. «Инфодемия» мешает тому, чтобы люди себя вели разумно и собрано, обращали внимание на актуальные угрозы и не делали неверных шагов.
— Какие верные?
— Вот, сейчас, например, на улице гололед. Значит, надеваем соответствующую обувь. Вот у нас сезон гриппа — готовимся к нему заранее, прививаемся. То же самое и с коронавирусом. Самое верное средство от всех проблем — чтобы голова оставалась на плечах.